Цензура от Красного Креста

Игры | |

Согласно заявлениям представителей Красного Креста – одной из самых больших и авторитетных гуманитарных организаций в мире – к компьютерным играм следует применять нормы Женевской и Гаагской конвенций в случаях, когда там проливается кровь во время военных конфликтов.

«Несмотря на нашу безустанную работу по распространению идей международного гуманитарного права» – говорится в отчете организации – «в мире существует аудитория из 600 миллионов геймеров, которые виртуально могут данные нормы нарушать. В реалиях сегодняшнего мира мы полагаем, что именно в компетенции Красного Креста находится принятие решительных мер по предотвращению нарушений международного гуманитарного права в компьютерных играх».

Тренировка будущих военных преступников в Париже на ESWC 2006

Тренировка будущих военных преступников в Париже на ESWC 2006

Давайте разберемся: все, что могут сделать виртуальные военные преступники, входящие в число 600-миллионного геймерского коммьюнити – это нанести вымышленные повреждения вымышленному человеку. Мне, честно говоря, сложно даже придумать виртуальное наказание для такого злодеяния, но, судя по заявлениям Красного Креста, согласно которым следует «призвать правительства стран мира внести изменения во внутренние законодательные акты с целью контроля этой растущей индустрии», властям отныне предлагается дать доступ к модерированию (ну чистой воды цензура) игрового контента на предмет соответствия нормам международного права. А вот здесь и начнется настоящий вред (или бред): ведь вряд ли вам понравится каждый раз перед тем, как спускать курок в Call of Duty, перечитывать длиннющий текст с положениями о соблюдении прав вашего виртуального врага. Управление в этой игре и так достаточно сложное, чтобы еще и заморачиваться запоминанием комбинации клавиш, открывающей диалоговое окно с документами, подобными декларации прав человека.

По идее, главный аргумент «краснокрестовых» состоит в том, что, если права человека безнаказанно нарушаются в компьютерных играх, то затем у геймеров может стереться грань между вымыслом и реальностью, и подобные нарушения начнут проявляться в настоящей жизни. Но, хотя подобного рода аргумент мы слышим уже не первый раз, на моей памяти не было еще ни единого доказанного случая, когда бы игры привели к реальному насилию. Лично я за свою почти двадцатипятилетнюю геймерскую карьеру убил по меньшей мере несколько миллионов виртуальных людей, пришельцев и прочих существ. И, представьте себе, до сих пор какая-то сила удерживает меня от того, чтобы хотя бы единожды повторить подобный поступок в реальности. Более того, осмелюсь предположить, что подавляющее большинство мирных граждан, погибших на протяжении столетий в разных военных конфликтах, были убиты людьми, не имеющими даже отдаленного представления о таких играх как Doom. Да и что-то не приходилось мне встречать ни единой игры, в которой пропагандировались бы различные изощренные методы убийства (Postal и тот не дотягивает до зверств реального мира), повсеместно встречавшиеся в средние века (как-то пытки водой или дыба). Именно поэтому я глубоко убежден, что между насилием виртуальным и реальным нет столь однозначной связи, какую пытаются изобразить в Красном Кресте.

Не буду отрицать, что в видеоиграх порой встречаются нелицеприятные эпизоды, могущие теоретически дать шанс игроку на совершение плохого поступка в реальности. Но такая возможность появляется из-за наличия в виртуальном мире свободы воли – а существование свободы воли всегда подразумевает вероятность перехода на сторону зла. С другой стороны, выбор в пользу добра никогда и никем не будет оценен, ведь он всегда рассматривается как должное. Но если даже кто-то упорно продолжает выбирать зло в компьютерной игре, то не забывайте, что это всего лишь игра.

Может быть, мне и не стоило признаваться, но однажды я убил полицейского в Grand Theft Auto III, а потом еще одного (тут могло бы быть до 6 смайликов). Я был зол и немного выпивши, хотя это меня не оправдывает. Но потом мне стало от этого настолько не по себе, что я выключил компьютер и больше никогда не садился за эту игру. Оба моих поступка, честно говоря, странные, но и ответственность за них лежит исключительно на моей совести.

Не рассказывайте об этом в Красный Крест, но после убийства виртуального полицейского я уничтожил еще по меньшей мере несколько вселенных. Поэтому мое отношение к кровопролитию в компьютерных играх осталось неизменным.

Обновление от 9 декабря. На официальном сайте Красного Креста находится документ, в котором разъясняется видение данной организацией законов настоящей и компьютерной войн. Замечу также, что, почему-то до сих пор никто не поднял вопроса (а вы читали о таком в книжка фантастов?) о том, чтобы судить кого-то настоящим судом за «преступления, совершенные в виртуальном военном конфликте». Зато Красный Крест придумал норму, по которой государственным органам дается возможность модерирования контента игр, что само по себе является просто ужасной идеей. Часть зарубежныех экспертов сходится во мнении, что подобного рода функцию достаточно будет возложить на разработчиков (к слову сказать, некоторые из них неплохо с ней сегодня справляются). Но опять же: никто не заставляет их делать это насильно, а официальная позиция Красного Креста ратует как раз за обратное. Если она вообще существует, эта официальная позиция.

Обновление от 1 октября 2013. Красный крест все никак не успокоится, делать им больше нечего. Похоже, они как и Greenpeace совсем заигрались в своих порывах создать мир во всем Мире исключительно мирными методами. С учетом того, что они допускают зверства со стороны властей, все это выглядит как обычный диверсионный ответ для скрытия по настоящему важных фактов. Руки прочь от компьютерных игр.

Поделиться

Обсудить