ProGamer
×
  • Создать...

Виртуальное правосудие


Грег Ластовска, профессор юридических наук Ратгерского университета, рассматривает вопросы о том, можно и нужно ли предоставлять игрокам право на легальное владение виртуальными предметами, существуют ли правовые прецеденты и как ситуация с виртуальными предметами может измениться в ближайшем будущем.

Весной 2011 года одна английская газета сообщила о том, что в трудовой колонии Цзиси более 300 заключенных принуждались к работе в 12-часовых ночных сменах. Их заставляли играть в видеоигры. Днем же они занимались ручным трудом. Заключенные играли в игры для того, чтобы заработать виртуальное золото. Если они не выполняли нормы, их избивали. Случаи жестокости в тюрьмах Китая не являются чем-то удивительным, но вот заключенные, насильно играющие в онлайн-игры, – это определенно что-то новое.

С чего бы это тюремным надзирателям заставлять заключенных играть в онлайн-игры? Для любого знакомого с MMORPG ответ очевиден – предметы и валюту, которые они получали, можно продать за реальные деньги. Плоды трудов заключенных отправлялись в карманы к тюремщикам.

В Соединенных Штатах я встречал множество людей, которые продавали те или иные формы виртуальной собственности из онлайн-игр. Многие заработали несколько тысяч (настоящих) долларов, а кто-то и значительно больше, продавая вещи, полученные в MMORPG.

Многие игровые компании не слишком этому радуются и у них есть на то причины. Они предпочли бы воздержаться от позиции посредника при решении споров между игроками.

К примеру, игрок А утверждает, что он заплатил игроку Б настоящие деньги за виртуальный меч, но игрок Б не передал этот меч. Или наоборот: игрок Б утверждает, что он передал виртуальный меч игроку А, но говорит, что игрок А не заплатил за него. Скорее всего, сначала за решением этого спора они обратятся к игровой компании. С точки зрения игровой компании, установление виртуальной справедливости в споре А и Б – просто бесполезные расходы.

Но это не единственная проблема. Как пояснил Ричард Бартл, игры, в которых появляются рынки продажи виртуальной собственности за реальные деньги, рискуют попасть в западню. Торговля виртуальным лутом за настоящие деньги не дает погрузиться в игру, нарушает игровой баланс, поднимает юридические вопросы, касающиеся налогообложения и прав на интеллектуальную собственность и некоторым игрокам кажется настоящим мошенничеством. Возможно, компания сможет сделать игру, которая успешно сочетает настоящие деньги и виртуальную собственность игроков, но это слишком каверзный бизнес.

Поэтому многие компании мудро сообщают своим игрокам, что они не имеют прав на виртуальные вещи, которые получают. Несмотря на это, как показывает пример трудовой колонии Цзиси, продажи виртуальной собственности продолжаются. На самом деле, по некоторым расчетам, эти торговые сделки формируют многомиллионный рынок. Так что вопрос собственности также никуда не девается.

И снова обратимся к Китаю, где из-за виртуального предмета произошла самая трагическая история.

В 2004 году китайский геймер из Шанхая, Ку Ченвей, нашел Саблю Дракона в корейской MMORPG Legend of Mir. Этот меч был настолько мощным, что стоил около тысячи долларов. Друг Ку, Жу Каоюань, попросил его одолжить оружие. Когда тот передал ему меч, Жу продал его другому игроку и присвоил деньги. Ку потерял не только меч, он потерял значительную сумму денег.

Мне неизвестно, обращался ли Ку в игровую компанию, но он точно ходил в полицию. Тем не менее, там ему дали от ворот поворот, объяснив, что согласно закону, Сабля Дракона не являлся его законной собственностью.

Таким образом, несколько дней погоревав об утрате, Ку отправился лично выяснять отношения с Жу. Они подрались, Ку выхватил нож (настоящий) и нанес смертельный удар Жу. Затем сам пошел в полицию. Последнее, что я слышал о Ку Ченвее – он отбывает пожизненное заключение в китайской тюрьме. Учитывая расположение Шанхая, он, возможно, не собирает плюшки в онлайн-играх для надзирателей трудовой колонии Цзиси.

С тех пор как я впервые прочитал новости о Ку Ченвее, я думал о том, права ли была китайская полиция, когда отказала ему? Или им стоило согласиться с тем, что виртуальные предметы могут быть законной собственностью?

Legend of Mir

В Соединенных Штатах закон, скорее всего, был бы на его стороне, поскольку мы уже признали многие формы неосязаемой собственности. Микки Маус – это форма законной собственности. Программное обеспечение для игр – легальная собственность. Электричество может быть собственностью. Некоторые суды признают, что доменные имена в интернете также могут являться собственностью. Деньги на вашем банковском счету – ваша собственность, хотя они не более чем информация, которая хранится в компьютере. Так с чего бы ценный виртуальный меч будет невидим для закона?

Тем не менее, если теоретически виртуальная собственность может быть признана законом, это не значит, что признавать ее – правильно. Если, к примеру, вы владеете своей виртуальной Саблей Дракона, это подразумевает, что вам должны компенсировать ее утрату, если игровая компания решит выключить свои серверы.

Хуже того, вы даже можете подать судебный иск, если разработчики выпустят патч, понижающий боевые характеристики оружия. Какая компания захочет делать MMORPG, если правовая среда будет ограничивать ее в возможности обесценивать виртуальную собственность игроков?

Дополнительный аргумент: под истинными владельцами виртуальной собственности должны подразумеваться владельцы игры, но не игроки. За физические серверы, на которых располагаются виртуальные вещи платит игровая компания. Она же создает и поддерживает программное обеспечение.

Ей принадлежат авторские и прочие права на интеллектуальную собственность, воплощенную в игровом коде. Она разрабатывает правила игры и реализует их в программном обеспечении. Многие игровые компании даже оформляют свою позицию в письменном виде: посредством процессуальных документов они объясняют игрокам, что у них нет имущественных прав на виртуальные предметы, которые они получают.

Ну и, в конце концов, есть же такая штука как здравый смысл: неужели нам действительно нужно, чтобы споры вокруг Сабель Дракона разрешали судьи и адвокаты? Наша законодательная система нравится не всем. Многие предпочли бы, чтобы юристы держались как можно дальше от игр. Ведь игра это всего лишь игра, разве нет?

Все это хорошие аргументы. Есть хорошие причины не признавать права на виртуальное имущество. Но все же на бумаге закон Соединенных Штатов не удостоверяет это. Многие законы сегодня определяют собственность как «нечто, имеющее ценность».

Таким образом, если у человека есть фактическая возможность продать что-либо за тысячу долларов, а кто-то мошенническим путем отбирает у него эту вещь и продает ее за тысячу долларов, право в теории обязано прийти на помощь жертве. Должен ли закон проводить черту между кражей редкой бейсбольной карточки и кражей Сабли Дракона? Мы точно хотим, чтобы виртуальные преступники оказались вне закона?

На самом деле я не утверждаю, что те, кто играет в MMORPG, должны иметь полное право на обладание внутриигровыми предметами. Как отметили другие комментаторы (например, мой друг Унги Юон), полноценное право собственности в области виртуальных предметов не слишком необходимо или выполнимо на практике.

Но я считаю, что нам нужно хотя бы подумать о признании меньших форм права на виртуальную собственность, о чем-то наподобие «сервитута» или «зависимого держания». Это меньшие права собственности, которые защищают интерес одного человека в использовании и обладании, соответственно, имуществом другого человека. Я беспокоюсь не столько о нынешнем состоянии дел в виртуальном мире, сколько о том, что будет в будущем.

Прежде чем отрицать законные права тех, кого мошенничеством лишили их виртуальной собственности, мы должны подумать о том, куда стремятся наши технологии. В последние десять лет мы видим взрывоподобный рост социальных игровых платформ, продаж виртуальных предметов и развития виртуальных валют. Небольшое, но увеличивающееся число юристов специализируется на туманном праве виртуальных валют и виртуальных экономик. Было опубликовано более двухсот юридических обзорных статей о виртуальной собственности и виртуальной экономике. Не сразу, но правительства начинают обращать внимание на эти вопросы.

За последнюю пару лет я говорил и с законодателями и с представителями органов правопорядка о проблемах, возникающих с виртуальной собственностью и виртуальных преступлениях. Вместе с тем, многое из этого настолько внове, что закон еще не установился. Лишь малая часть споров по виртуальному имуществу добралась до залов заседания. Несколько касающихся Second Life, еще меньше по World of Warcraft и большая часть рассматривалась в судах за пределами Соединенных Штатов: дела вроде ареста после убийства из-за Maple Story и пара дел о виртуальных преступлениях, совершенных несовершеннолетними в Нидерландах.

Статус-кво, похоже, складывается в пользу игровых компаний. Жалобы игроков, касающиеся виртуальной собственности, на настоящий момент пока не были признаны ни одним судом в этой стране. И все же стоит ли нам радоваться нашей системе виртуального феодализма?

Прежде, чем отвечать на этот вопрос, подумайте о том, как мы постоянно инвестируем свое время, творчество, деньги и общественную жизнь во всевозможные «облачные» замки: серверы Facebook, Google, Apple и Amazon. Наше присутствие в этих онлайн-краях почти ничего не дает нам в плане наших имущественных прав, но мы возвращаемся туда снова, потому что нам там нравится.

Наши усилия монетизируются нашими виртуальными хозяевами. Феодальная аналогия особенно хорошо подходит миллионам, которые добровольно возделывают поля FarmVille, и платят настоящие деньги за привилегию обладания виртуальными тракторами и семенами, хотя в правовом отношении они ничем не владеют.

Некоторые сторонники «игрофикации» ищут способы расширения таких виртуальных экономик. Они хотят привнести виртуальные валюты в наши социальные сети и трудовую жизнь, убеждая нас переводить все больше наших денег и усилий в очки, фишки, жетоны и виртуальные монеты. Нам нужно будет совершать микродействия, чтобы заработать новые виртуальные варианты денег. Похоже, что мечта «игрофикации» состоит в том, чтобы мы проводили все свое время, играя (но на самом деле работая) в мобильные круглосуточные многопользовательские игры, действие которых происходит в альтернативной реальности. Мы будем в той или иной степени находиться в трудовой колонии Цзиси, но будем работать с радостью и без физического насилия. Кто знает, осуществится ли эта мечта… но хотим ли мы законов, которые помогут ей воплотиться?

В прошлом году я опубликовал книгу, посвященную этим вопросам. Она называется «Виртуальное правосудие: новые законы онлайн-миров» (Greg Lastowka’s Virtual Justice). В книге я подробнее рассказываю о законе о виртуальной собственности, а также поднимаю вопросы закона об авторском праве, хакинга, судебной практики и игр. Если вы заинтересовались, мой издатель разрешил поделиться с вами электронной версией, так что вы можете скачать полную (и бесплатную) PDF-версию книги.

Признаю, что беспокойство о юридическом статусе виртуальных мечей может показаться несколько странным и глупым сегодня, но законодательство в этой сфере все еще находится в зачаточном состоянии. Загадки виртуального золота могут стать той самой спасительной канарейкой в угольных шахтах нашего будущего законодательства. Если закон говорит, что вы не владеете своим виртуальным мечом, то каков шанс, что вы сможете распоряжаться своей виртуальной жизнью?


Общайтесь с нами в Discord Канал в Telegram

Комментарии

Вы должны быть зарегистрированы, чтобы оставить комментарий

Зарегистрируйтесь, это просто!


Зарегистрироваться

Уже зарегистрированы?


Войти сейчас